الجماعات والمحلات التجارية

Threatened Animals
Exchange of children's drawings
Hungarian postcrossing

الدول الفاعلة

SHOGUN #203

ANIMALS AND BEAUTY

المستخدمون (4)

جدار

Winterra May 3, 2022 AD at 12:10 AM

в своей стране разберись))) копипаста

Lebedok May 3, 2022 AD at 12:56 AM

!!!

abelard May 3, 2022 AD at 1:08 AM

Начало военного конфликта на Украине стало шоком для российского общества. Но еще до того, как люди смогли это пережить, им также сказали, что они почти в одностороннем порядке поддерживают войну. Например, подконтрольный правительству Всероссийский центр изучения общественного мнения на 4-й день войны опубликовал отчет о том, что 68% россиян «скорее поддерживают решение о проведении специальной военной операции». Только 22% не поддерживают его. Схожие результаты опубликовал и другой крупный социологический центр – фонд «Общественное мнение», основным заказчиком которого всегда была администрация президента.

Результаты опроса показывают, что у респондентов нет четкого понимания целей российской «спецоперации». Четверть предполагает, что армия «защищает русскоязычное население Донбасса». Еще 20% считают, что цель «операции» — не допустить базы НАТО на территорию Украины. 20% считают, что операция проводится по демилитаризации Украины. 7% считают, что Россия хочет «денацифицировать» Украину и изменить ее политическую ориентацию. 6% считают, что цель состоит в том, чтобы изменить политический режим страны с нынешнего недружественного режима. Наконец, 4% считают, что идея состоит в том, чтобы разделить Украину на несколько частей и установить свой контроль на юго-востоке страны.

Столь исчерпывающие данные о массовой поддержке войны гражданами России деморализуют ее противников. Однако необходимо сделать ключевую поправку: данные не отражают повседневный опыт. Действительно, некоторые люди поддерживают вторжение в Украину, но цифра в две трети просто поразительна. Если их так много, почему мы их нигде не видим?

Социология военного времени
Опросы общественного мнения в России — это, как правило, инструменты, используемые для манипулирования общественным сознанием. Многие социологи предполагают, что в последние годы увеличилось количество «социально одобренных ответов» — это случаи, когда люди говорят интервьюеру не то, что они думают на самом деле, а то, что, как они предполагают, мы от них ожидаем. Этот эффект, вероятно, значительно усилился с начала военной кампании. Более того, российское правительство сознательно создает в стране атмосферу страха. Дума приняла закон, предусматривающий суровые наказания за распространение «фейковых новостей» о действиях российских военных. Официально запрещено даже использование слова «война» в контексте происходящего в Украине; это может быть наказано лишением свободы на срок от 3 до 20 лет. Массово арестовывают участников антивоенных митингов. Полиция проверяет телефоны пешеходов в Москве и Санкт-Петербурге на предмет «клеветы» и следов чтения оппозиционных социальных сетей. В школах проводят уроки политической информации, а с родителями «разговаривают», чтобы они не давали детям читать «деструктивные» источники информации. Все это, конечно, влияет на уровень искренности, с которой люди говорят то, что думают.

И дело не только в сознательном обмане интервьюируемых. Даже по данным лояльных правительству социологов, увеличилось количество людей, которые отказываются отвечать на вопросы следователей или не могут дать ответ. Это может повлиять на качество выбора. Более того, противники войны, вероятно, ответят реже, чем те, кто ее поддерживает или еще не определился.

И, наконец, учитываются вопросы, используемые исследовательскими центрами. Они взяты непосредственно из официальной риторики российского правительства. Людей спрашивают не о войне или военной интервенции в Украине, а просто об их отношении к «спецоперации». Это создает неоднозначную психологическую ситуацию, позволяющую людям подменять события, происходящие в реальности, на воображаемую ситуацию, менее травмирующую даже в их внутреннем отражении. И это вроде бы массовое социально-психологическое явление.

двоемыслие
Среди бесчисленного множества видео, посвященных событиям в Украине, есть такое: мужчина из пригорода Киева звонит своим родственникам в российский город Вологду [на севере России, в Вологодской области]. Он рассказывает им о своем опыте. «Они бомбят нас; гибнут мирные граждане и дети», — говорит он. Но его родственники в России, живущие за тысячу километров от фронта войны, отказываются ему верить. «Войны нет. Только по националистам стреляют, - отвечает пожилой женский голос. Мужчина злится. «Откуда ты это знаешь? Я прямо здесь! — закричал он. — У нас есть телевизор.
Узнать больше об этом исходном текстеВы должны указать исходный текст для получения дополнительной информации
Отправить отзыв
Боковые панели
Исторический
Зарегистрирован
Делать вклад
Nachalo voyennogo konflikta na Ukraine stalo shokom dlya rossiyskogo obshchestva. No yeshche do togo, kak lyudi smogli eto perezhit', im takzhe skazali, chto oni pochti v odnostoronnem poryadke podderzhivayut voynu. Naprimer, podkontrol'nyy pravitel'stvu Vserossiyskiy tsentr izucheniya obshchestvennogo mneniya na 4-y den' voyny opublikoval otchet o tom, chto 68% rossiyan «skoreye podderzhivayut resheniye o provedenii spetsial'noy voyennoy operatsii». Tol'ko 22% ne podderzhivayut yego. Skhozhiye rezul'taty opublikoval i drugoy krupnyy sotsiologicheskiy tsentr – fond «Obshchestvennoye mneniye», osnovnym zakazchikom kotorogo vsegda byla administratsiya prezidenta.

Rezul'taty oprosa pokazyvayut, chto u respondentov net chetkogo ponimaniya tseley rossiyskoy «spetsoperatsii». Chetvert' predpolagayet, chto armiya «zashchishchayet russkoyazychnoye naseleniye Donbassa». Yeshche 20% schitayut, chto tsel' «operatsii» — ne dopustit' bazy NATO na territoriyu Ukrainy. 20% schitayut, chto operatsiya provoditsya po demilitarizatsii Ukrainy. 7% schitayut, chto Rossiya khochet «denatsifitsirovat'» Ukrainu i izmenit' yeye politicheskuyu oriyentatsiyu. 6% schitayut, chto tsel' sostoit v tom, chtoby izmenit' politicheskiy rezhim strany s nyneshnego nedruzhestvennogo rezhima. Nakonets, 4% schitayut, chto ideya sostoit v tom, chtoby razdelit' Ukrainu na neskol'ko chastey i ustanovit' svoy kontrol' na yugo-vostoke strany.

Stol' ischerpyvayushchiye dannyye o massovoy podderzhke voyny grazhdanami Rossii demoralizuyut yeye protivnikov. Odnako neobkhodimo sdelat' klyuchevuyu popravku: dannyye ne otrazhayut povsednevnyy opyt. Deystvitel'no, nekotoryye lyudi podderzhivayut vtorzheniye v Ukrainu, no tsifra v dve treti prosto porazitel'na. Yesli ikh tak mnogo, pochemu my ikh nigde ne vidim?

Sotsiologiya voyennogo vremeni
Oprosy obshchestvennogo mneniya v Rossii — eto, kak pravilo, instrumenty, ispol'zuyemyye dlya manipulirovaniya obshchestvennym soznaniyem. Mnogiye sotsiologi predpolagayut, chto v posledniye gody uvelichilos' kolichestvo «sotsial'no odobrennykh otvetov» — eto sluchai, kogda lyudi govoryat interv'yuyeru ne to, chto oni dumayut na samom dele, a to, chto, kak oni predpolagayut, my ot nikh ozhidayem. Etot effekt, veroyatno, znachitel'no usililsya s nachala voyennoy kampanii. Boleye togo, rossiyskoye pravitel'stvo soznatel'no sozdayet v strane atmosferu strakha. Duma prinyala zakon, predusmatrivayushchiy surovyye nakazaniya za rasprostraneniye «feykovykh novostey» o deystviyakh rossiyskikh voyennykh. Ofitsial'no zapreshcheno dazhe ispol'zovaniye slova «voyna» v kontekste proiskhodyashchego v Ukraine; eto mozhet byt' nakazano lisheniyem svobody na srok ot 3 do 20 let. Massovo arestovyvayut uchastnikov antivoyennykh mitingov. Politsiya proveryayet telefony peshekhodov v Moskve i Sankt-Peterburge na predmet «klevety» i sledov chteniya oppozitsionnykh sotsial'nykh setey. V shkolakh provodyat uroki politicheskoy informatsii, a s roditelyami «razgovarivayut», chtoby oni ne davali detyam chitat' «destruktivnyye» istochniki informatsii. Vse eto, konechno, vliyayet na uroven' iskrennosti, s kotoroy lyudi govoryat to, chto dumayut.

I delo ne tol'ko v soznatel'nom obmane interv'yuiruyemykh. Dazhe po dannym loyal'nykh pravitel'stvu sotsiologov, uvelichilos' kolichestvo lyudey, kotoryye otkazyvayutsya otvechat' na voprosy sledovateley ili ne mogut dat' otvet. Eto mozhet povliyat' na kachestvo vybora. Boleye togo, protivniki voyny, veroyatno, otvetyat rezhe, chem te, kto yeye podderzhivayet ili yeshche ne opredelilsya.

I, nakonets, uchityvayutsya voprosy, ispol'zuyemyye issledovatel'skimi tsentrami. Oni vzyaty neposredstvenno iz ofitsial'noy ritoriki rossiyskogo pravitel'stva. Lyudey sprashivayut ne o voyne ili voyennoy interventsii v Ukraine, a prosto ob ikh otnoshenii k «spetsoperatsii». Eto sozdayet neodnoznachnuyu psikhologicheskuyu situatsiyu, pozvolyayushchuyu lyudyam podmenyat' sobytiya, proiskhodyashchiye v real'nosti, na voobrazhayemuyu situatsiyu, meneye travmiruyushchuyu dazhe v ikh vnutrennem otrazhenii. I eto vrode by massovoye sotsial'no-psikhologicheskoye yavleniye.

dvoyemysliye
Sredi beschislennogo mnozhestva video, posvyashchennykh sobytiyam v Ukraine, yest' takoye: muzhchina iz prigoroda Kiyeva zvonit svoim rodstvennikam v rossiyskiy gorod Vologdu [na severe Rossii, v Vologodskoy oblasti]. On rasskazyvayet im o svoyem opyte. «Oni bombyat nas; gibnut mirnyye grazhdane i deti», — govorit on. No yego rodstvenniki v Rossii, zhivushchiye za tysyachu kilometrov ot fronta voyny, otkazyvayutsya yemu verit'. «Voyny net. Tol'ko po natsionalistam strelyayut, - otvechayet pozhiloy zhenskiy golos. Muzhchina zlitsya. «Otkuda ty eto znayesh'? YA pryamo zdes'! — zakrichal on. — U nas yest' televizor.
Uznat' bol'she ob etom iskhodnom teksteVy dolzhny ukazat' iskhodnyy tekst dlya polucheniya dopolnitel'noy informatsii
Otpravit' otzyv
Bokovyye paneli
Istoricheskiy
Zaregistrirovan
Delat' vklad
Afficher plus
En savoir plus sur ce texte sourceVous devez indiquer le texte source pour obtenir des informations supplémentaires
Envoyer des commentaires
Panneaux latéraux

Winterra May 3, 2022 AD at 12:00 AM

когда до тебя дойдет, что тут всем все равно на твою политическю позицию))) тут мультикультурное общество, ты смешна со своими потугами)) иди пиши правительству

Apollinette May 3, 2022 AD at 12:03 AM

PAID BY THE PROPAGANDA OR JUST STUPID? Brainless you are, but all the Russians are not like you!Начало военного конфликта на Украине стало шоком для российского общества. Но еще до того, как люди смогли это пережить, им также сказали, что они почти в одностороннем порядке поддерживают войну. Например, подконтрольный правительству Всероссийский центр изучения общественного мнения на 4-й день войны опубликовал отчет о том, что 68% россиян «скорее поддерживают решение о проведении специальной военной операции». Только 22% не поддерживают его. Схожие результаты опубликовал и другой крупный социологический центр – фонд «Общественное мнение», основным заказчиком которого всегда была администрация президента.

Результаты опроса показывают, что у респондентов нет четкого понимания целей российской «спецоперации». Четверть предполагает, что армия «защищает русскоязычное население Донбасса». Еще 20% считают, что цель «операции» — не допустить базы НАТО на территорию Украины. 20% считают, что операция проводится по демилитаризации Украины. 7% считают, что Россия хочет «денацифицировать» Украину и изменить ее политическую ориентацию. 6% считают, что цель состоит в том, чтобы изменить политический режим страны с нынешнего недружественного режима. Наконец, 4% считают, что идея состоит в том, чтобы разделить Украину на несколько частей и установить свой контроль на юго-востоке страны.

Столь исчерпывающие данные о массовой поддержке войны гражданами России деморализуют ее противников. Однако необходимо сделать ключевую поправку: данные не отражают повседневный опыт. Действительно, некоторые люди поддерживают вторжение в Украину, но цифра в две трети просто поразительна. Если их так много, почему мы их нигде не видим?

Социология военного времени
Опросы общественного мнения в России — это, как правило, инструменты, используемые для манипулирования общественным сознанием. Многие социологи предполагают, что в последние годы увеличилось количество «социально одобренных ответов» — это случаи, когда люди говорят интервьюеру не то, что они думают на самом деле, а то, что, как они предполагают, мы от них ожидаем. Этот эффект, вероятно, значительно усилился с начала военной кампании. Более того, российское правительство сознательно создает в стране атмосферу страха. Дума приняла закон, предусматривающий суровые наказания за распространение «фейковых новостей» о действиях российских военных. Официально запрещено даже использование слова «война» в контексте происходящего в Украине; это может быть наказано лишением свободы на срок от 3 до 20 лет. Массово арестовывают участников антивоенных митингов. Полиция проверяет телефоны пешеходов в Москве и Санкт-Петербурге на предмет «клеветы» и следов чтения оппозиционных социальных сетей. В школах проводят уроки политической информации, а с родителями «разговаривают», чтобы они не давали детям читать «деструктивные» источники информации. Все это, конечно, влияет на уровень искренности, с которой люди говорят то, что думают.

И дело не только в сознательном обмане интервьюируемых. Даже по данным лояльных правительству социологов, увеличилось количество людей, которые отказываются отвечать на вопросы следователей или не могут дать ответ. Это может повлиять на качество выбора. Более того, противники войны, вероятно, ответят реже, чем те, кто ее поддерживает или еще не определился.

И, наконец, учитываются вопросы, используемые исследовательскими центрами. Они взяты непосредственно из официальной риторики российского правительства. Людей спрашивают не о войне или военной интервенции в Украине, а просто об их отношении к «спецоперации». Это создает неоднозначную психологическую ситуацию, позволяющую людям подменять события, происходящие в реальности, на воображаемую ситуацию, менее травмирующую даже в их внутреннем отражении. И это вроде бы массовое социально-психологическое явление.

двоемыслие
Среди бесчисленного множества видео, посвященных событиям в Украине, есть такое: мужчина из пригорода Киева звонит своим родственникам в российский город Вологду [на севере России, в Вологодской области]. Он рассказывает им о своем опыте. «Они бомбят нас; гибнут мирные граждане и дети», — говорит он. Но его родственники в России, живущие за тысячу километров от фронта войны, отказываются ему верить. «Войны нет. Только по националистам стреляют, - отвечает пожилой женский голос. Мужчина злится. «Откуда ты это знаешь? Я прямо здесь! — закричал он. — У нас есть телевизор.
Узнать больше об этом исходном текстеВы должны указать исходный текст для получения дополнительной информации
Отправить отзыв
Боковые панели
Исторический
Зарегистрирован
Делать вклад
Nachalo voyennogo konflikta na Ukraine stalo shokom dlya rossiyskogo obshchestva. No yeshche do togo, kak lyudi smogli eto perezhit', im takzhe skazali, chto oni pochti v odnostoronnem poryadke podderzhivayut voynu. Naprimer, podkontrol'nyy pravitel'stvu Vserossiyskiy tsentr izucheniya obshchestvennogo mneniya na 4-y den' voyny opublikoval otchet o tom, chto 68% rossiyan «skoreye podderzhivayut resheniye o provedenii spetsial'noy voyennoy operatsii». Tol'ko 22% ne podderzhivayut yego. Skhozhiye rezul'taty opublikoval i drugoy krupnyy sotsiologicheskiy tsentr – fond «Obshchestvennoye mneniye», osnovnym zakazchikom kotorogo vsegda byla administratsiya prezidenta.

Rezul'taty oprosa pokazyvayut, chto u respondentov net chetkogo ponimaniya tseley rossiyskoy «spetsoperatsii». Chetvert' predpolagayet, chto armiya «zashchishchayet russkoyazychnoye naseleniye Donbassa». Yeshche 20% schitayut, chto tsel' «operatsii» — ne dopustit' bazy NATO na territoriyu Ukrainy. 20% schitayut, chto operatsiya provoditsya po demilitarizatsii Ukrainy. 7% schitayut, chto Rossiya khochet «denatsifitsirovat'» Ukrainu i izmenit' yeye politicheskuyu oriyentatsiyu. 6% schitayut, chto tsel' sostoit v tom, chtoby izmenit' politicheskiy rezhim strany s nyneshnego nedruzhestvennogo rezhima. Nakonets, 4% schitayut, chto ideya sostoit v tom, chtoby razdelit' Ukrainu na neskol'ko chastey i ustanovit' svoy kontrol' na yugo-vostoke strany.

Stol' ischerpyvayushchiye dannyye o massovoy podderzhke voyny grazhdanami Rossii demoralizuyut yeye protivnikov. Odnako neobkhodimo sdelat' klyuchevuyu popravku: dannyye ne otrazhayut povsednevnyy opyt. Deystvitel'no, nekotoryye lyudi podderzhivayut vtorzheniye v Ukrainu, no tsifra v dve treti prosto porazitel'na. Yesli ikh tak mnogo, pochemu my ikh nigde ne vidim?

Sotsiologiya voyennogo vremeni
Oprosy obshchestvennogo mneniya v Rossii — eto, kak pravilo, instrumenty, ispol'zuyemyye dlya manipulirovaniya obshchestvennym soznaniyem. Mnogiye sotsiologi predpolagayut, chto v posledniye gody uvelichilos' kolichestvo «sotsial'no odobrennykh otvetov» — eto sluchai, kogda lyudi govoryat interv'yuyeru ne to, chto oni dumayut na samom dele, a to, chto, kak oni predpolagayut, my ot nikh ozhidayem. Etot effekt, veroyatno, znachitel'no usililsya s nachala voyennoy kampanii. Boleye togo, rossiyskoye pravitel'stvo soznatel'no sozdayet v strane atmosferu strakha. Duma prinyala zakon, predusmatrivayushchiy surovyye nakazaniya za rasprostraneniye «feykovykh novostey» o deystviyakh rossiyskikh voyennykh. Ofitsial'no zapreshcheno dazhe ispol'zovaniye slova «voyna» v kontekste proiskhodyashchego v Ukraine; eto mozhet byt' nakazano lisheniyem svobody na srok ot 3 do 20 let. Massovo arestovyvayut uchastnikov antivoyennykh mitingov. Politsiya proveryayet telefony peshekhodov v Moskve i Sankt-Peterburge na predmet «klevety» i sledov chteniya oppozitsionnykh sotsial'nykh setey. V shkolakh provodyat uroki politicheskoy informatsii, a s roditelyami «razgovarivayut», chtoby oni ne davali detyam chitat' «destruktivnyye» istochniki informatsii. Vse eto, konechno, vliyayet na uroven' iskrennosti, s kotoroy lyudi govoryat to, chto dumayut.

I delo ne tol'ko v soznatel'nom obmane interv'yuiruyemykh. Dazhe po dannym loyal'nykh pravitel'stvu sotsiologov, uvelichilos' kolichestvo lyudey, kotoryye otkazyvayutsya otvechat' na voprosy sledovateley ili ne mogut dat' otvet. Eto mozhet povliyat' na kachestvo vybora. Boleye togo, protivniki voyny, veroyatno, otvetyat rezhe, chem te, kto yeye podderzhivayet ili yeshche ne opredelilsya.

I, nakonets, uchityvayutsya voprosy, ispol'zuyemyye issledovatel'skimi tsentrami. Oni vzyaty neposredstvenno iz ofitsial'noy ritoriki rossiyskogo pravitel'stva. Lyudey sprashivayut ne o voyne ili voyennoy interventsii v Ukraine, a prosto ob ikh otnoshenii k «spetsoperatsii». Eto sozdayet neodnoznachnuyu psikhologicheskuyu situatsiyu, pozvolyayushchuyu lyudyam podmenyat' sobytiya, proiskhodyashchiye v real'nosti, na voobrazhayemuyu situatsiyu, meneye travmiruyushchuyu dazhe v ikh vnutrennem otrazhenii. I eto vrode by massovoye sotsial'no-psikhologicheskoye yavleniye.

dvoyemysliye
Sredi beschislennogo mnozhestva video, posvyashchennykh sobytiyam v Ukraine, yest' takoye: muzhchina iz prigoroda Kiyeva zvonit svoim rodstvennikam v rossiyskiy gorod Vologdu [na severe Rossii, v Vologodskoy oblasti]. On rasskazyvayet im o svoyem opyte. «Oni bombyat nas; gibnut mirnyye grazhdane i deti», — govorit on. No yego rodstvenniki v Rossii, zhivushchiye za tysyachu kilometrov ot fronta voyny, otkazyvayutsya yemu verit'. «Voyny net. Tol'ko po natsionalistam strelyayut, - otvechayet pozhiloy zhenskiy golos. Muzhchina zlitsya. «Otkuda ty eto znayesh'? YA pryamo zdes'! — zakrichal on. — U nas yest' televizor.
Uznat' bol'she ob etom iskhodnom teksteVy dolzhny ukazat' iskhodnyy tekst dlya polucheniya dopolnitel'noy informatsii
Otpravit' otzyv
Bokovyye paneli
Istoricheskiy
Zaregistrirovan
Delat' vklad
Afficher plus
En savoir plus sur ce texte sourceVous devez indiquer le texte source pour obtenir des informations supplémentaires
Envoyer des commentaires
Panneaux latéraux

Winterra May 3, 2022 AD at 12:04 AM

ты даже скопировать нормально не можешь))))))))))))) стыд-то какой))) а еще интеллигенция, позор!

Lebedok May 3, 2022 AD at 12:55 AM

!!!

Winterra May 2, 2022 AD at 11:55 PM

Аполинетка, ты уже навоз собрала ?)))

Apollinette May 2, 2022 AD at 11:57 PM

The beginning of the military conflict in Ukraine came as a shock to Russian society. But even before people could get over it, they were also told that they supported the war almost unilaterally. For example, the government-controlled Russian Center for Public Opinion Research released a report on Day 4 of the war that 68% of Russians “rather support the decision to carry out the special military operation.” Only 22% do not support it. Similar results were published by another major sociological center – the “Public Opinion” foundation – whose main contractor has always been the administration of the president.

The poll results show that respondents do not have a clear understanding of the objectives of the Russian “special operation”. A quarter assume that the army “protects the Russian-speaking population of Donbass”. Another 20% believe that the purpose of the “operation” is not to allow NATO bases on the territory of Ukraine. 20% think the operation is being carried out to demilitarize Ukraine. 7% believe that Russia wants to “denazify” Ukraine and change its political orientation. 6% think the goal is to change the country's political regime from the current unfriendly regime. Finally, 4% believe that the idea is to divide Ukraine into several parts and establish their control in the south-east of the country.

Such comprehensive data on the massive support of Russian citizens for the war demoralizes its opponents. However, a key correction needs to be made: the data does not reflect everyday experience. Indeed, some people support the invasion of Ukraine, but the two-thirds number is quite astonishing. If there are so many of them, why don't we see them anywhere?

Wartime Sociology
Opinion polls in Russia are generally tools used to manipulate public consciousness. Many sociologists suggest that the number of “socially approved responses” has increased in recent years – these are instances where people tell the interviewer not what they really think, but what they assume we expect from them. This effect has probably increased significantly since the start of the war campaign. Furthermore, the Russian government is consciously creating an atmosphere of fear in the country. The Duma has passed a law providing for severe penalties for spreading "fake news" about the actions of the Russian military. Even the use of the word “war” in the context of what is happening in Ukraine is officially prohibited; it can be punished with a prison term of 3 to 20 years. Participants in anti-war rallies are arrested en masse. Police are checking pedestrian phones in Moscow and St. Petersburg for “slanderous” exchanges and traces of reading opposition social media. Schools provide lessons in political information, and parents are “talked to” so that they do not let their children read “destructive” sources of information. All of this, of course, influences the level of sincerity with which people say what they mean.

And it's not just about the conscious trickery of the interviewees. Even according to sociologists loyal to the government, the number of people who refuse to answer investigators' questions or who are unable to come up with an answer has increased. This could affect the quality of the selection. Moreover, opponents of the war are probably less likely to respond than those who support it or who have not yet made up their minds.

And finally, it is the questions used by the survey centers that count. They are taken directly from the official rhetoric of the Russian government. People are not asked about the war or the military intervention in Ukraine, but simply about their attitude towards the “special military operation”. This creates an ambiguous psychological situation, allowing people to replace events taking place in reality with an imaginary situation that is less traumatic even in their inner reflection. And it seems to be a mass socio-psychological phenomenon.

Doublethink
Among the countless videos dedicated to the events in Ukraine, there is this one: a man from the suburbs of kyiv calls his relatives in the Russian city of Vologda [in the north of Russia, in the Vologda oblast]. He tells them about his experience. “They are bombing us; peaceful citizens and children are dying,” he says. But his relatives in Russia, who live a thousand kilometers from the war front, refuse to believe him. “There is no war. They only shoot at the nationalists, ”answers an elderly woman's voice. The man gets angry. “How can you know that? I'm right here!" he yelled. “We have a television
En savoir plus sur ce texte sourceVous devez indiquer le texte source pour obtenir des informations supplémentaires
Envoyer des commentaires
Panneaux latéraux
Historique
Enregistré
Contribuer

Apollinette May 2, 2022 AD at 11:59 PM

Начало военного конфликта на Украине стало шоком для российского общества. Но еще до того, как люди смогли это пережить, им также сказали, что они почти в одностороннем порядке поддерживают войну. Например, подконтрольный правительству Всероссийский центр изучения общественного мнения на 4-й день войны опубликовал отчет о том, что 68% россиян «скорее поддерживают решение о проведении специальной военной операции». Только 22% не поддерживают его. Схожие результаты опубликовал и другой крупный социологический центр – фонд «Общественное мнение», основным заказчиком которого всегда была администрация президента.

Результаты опроса показывают, что у респондентов нет четкого понимания целей российской «спецоперации». Четверть предполагает, что армия «защищает русскоязычное население Донбасса». Еще 20% считают, что цель «операции» — не допустить базы НАТО на территорию Украины. 20% считают, что операция проводится по демилитаризации Украины. 7% считают, что Россия хочет «денацифицировать» Украину и изменить ее политическую ориентацию. 6% считают, что цель состоит в том, чтобы изменить политический режим страны с нынешнего недружественного режима. Наконец, 4% считают, что идея состоит в том, чтобы разделить Украину на несколько частей и установить свой контроль на юго-востоке страны.

Столь исчерпывающие данные о массовой поддержке войны гражданами России деморализуют ее противников. Однако необходимо сделать ключевую поправку: данные не отражают повседневный опыт. Действительно, некоторые люди поддерживают вторжение в Украину, но цифра в две трети просто поразительна. Если их так много, почему мы их нигде не видим?

Социология военного времени
Опросы общественного мнения в России — это, как правило, инструменты, используемые для манипулирования общественным сознанием. Многие социологи предполагают, что в последние годы увеличилось количество «социально одобренных ответов» — это случаи, когда люди говорят интервьюеру не то, что они думают на самом деле, а то, что, как они предполагают, мы от них ожидаем. Этот эффект, вероятно, значительно усилился с начала военной кампании. Более того, российское правительство сознательно создает в стране атмосферу страха. Дума приняла закон, предусматривающий суровые наказания за распространение «фейковых новостей» о действиях российских военных. Официально запрещено даже использование слова «война» в контексте происходящего в Украине; это может быть наказано лишением свободы на срок от 3 до 20 лет. Массово арестовывают участников антивоенных митингов. Полиция проверяет телефоны пешеходов в Москве и Санкт-Петербурге на предмет «клеветы» и следов чтения оппозиционных социальных сетей. В школах проводят уроки политической информации, а с родителями «разговаривают», чтобы они не давали детям читать «деструктивные» источники информации. Все это, конечно, влияет на уровень искренности, с которой люди говорят то, что думают.

И дело не только в сознательном обмане интервьюируемых. Даже по данным лояльных правительству социологов, увеличилось количество людей, которые отказываются отвечать на вопросы следователей или не могут дать ответ. Это может повлиять на качество выбора. Более того, противники войны, вероятно, ответят реже, чем те, кто ее поддерживает или еще не определился.

И, наконец, учитываются вопросы, используемые исследовательскими центрами. Они взяты непосредственно из официальной риторики российского правительства. Людей спрашивают не о войне или военной интервенции в Украине, а просто об их отношении к «спецоперации». Это создает неоднозначную психологическую ситуацию, позволяющую людям подменять события, происходящие в реальности, на воображаемую ситуацию, менее травмирующую даже в их внутреннем отражении. И это вроде бы массовое социально-психологическое явление.

двоемыслие
Среди бесчисленного множества видео, посвященных событиям в Украине, есть такое: мужчина из пригорода Киева звонит своим родственникам в российский город Вологду [на севере России, в Вологодской области]. Он рассказывает им о своем опыте. «Они бомбят нас; гибнут мирные граждане и дети», — говорит он. Но его родственники в России, живущие за тысячу километров от фронта войны, отказываются ему верить. «Войны нет. Только по националистам стреляют, - отвечает пожилой женский голос. Мужчина злится. «Откуда ты это знаешь? Я прямо здесь! — закричал он. — У нас есть телевизор.
Узнать больше об этом исходном текстеВы должны указать исходный текст для получения дополнительной информации
Отправить отзыв
Боковые панели
Исторический
Зарегистрирован
Делать вклад
Nachalo voyennogo konflikta na Ukraine stalo shokom dlya rossiyskogo obshchestva. No yeshche do togo, kak lyudi smogli eto perezhit', im takzhe skazali, chto oni pochti v odnostoronnem poryadke podderzhivayut voynu. Naprimer, podkontrol'nyy pravitel'stvu Vserossiyskiy tsentr izucheniya obshchestvennogo mneniya na 4-y den' voyny opublikoval otchet o tom, chto 68% rossiyan «skoreye podderzhivayut resheniye o provedenii spetsial'noy voyennoy operatsii». Tol'ko 22% ne podderzhivayut yego. Skhozhiye rezul'taty opublikoval i drugoy krupnyy sotsiologicheskiy tsentr – fond «Obshchestvennoye mneniye», osnovnym zakazchikom kotorogo vsegda byla administratsiya prezidenta.

Rezul'taty oprosa pokazyvayut, chto u respondentov net chetkogo ponimaniya tseley rossiyskoy «spetsoperatsii». Chetvert' predpolagayet, chto armiya «zashchishchayet russkoyazychnoye naseleniye Donbassa». Yeshche 20% schitayut, chto tsel' «operatsii» — ne dopustit' bazy NATO na territoriyu Ukrainy. 20% schitayut, chto operatsiya provoditsya po demilitarizatsii Ukrainy. 7% schitayut, chto Rossiya khochet «denatsifitsirovat'» Ukrainu i izmenit' yeye politicheskuyu oriyentatsiyu. 6% schitayut, chto tsel' sostoit v tom, chtoby izmenit' politicheskiy rezhim strany s nyneshnego nedruzhestvennogo rezhima. Nakonets, 4% schitayut, chto ideya sostoit v tom, chtoby razdelit' Ukrainu na neskol'ko chastey i ustanovit' svoy kontrol' na yugo-vostoke strany.

Stol' ischerpyvayushchiye dannyye o massovoy podderzhke voyny grazhdanami Rossii demoralizuyut yeye protivnikov. Odnako neobkhodimo sdelat' klyuchevuyu popravku: dannyye ne otrazhayut povsednevnyy opyt. Deystvitel'no, nekotoryye lyudi podderzhivayut vtorzheniye v Ukrainu, no tsifra v dve treti prosto porazitel'na. Yesli ikh tak mnogo, pochemu my ikh nigde ne vidim?

Sotsiologiya voyennogo vremeni
Oprosy obshchestvennogo mneniya v Rossii — eto, kak pravilo, instrumenty, ispol'zuyemyye dlya manipulirovaniya obshchestvennym soznaniyem. Mnogiye sotsiologi predpolagayut, chto v posledniye gody uvelichilos' kolichestvo «sotsial'no odobrennykh otvetov» — eto sluchai, kogda lyudi govoryat interv'yuyeru ne to, chto oni dumayut na samom dele, a to, chto, kak oni predpolagayut, my ot nikh ozhidayem. Etot effekt, veroyatno, znachitel'no usililsya s nachala voyennoy kampanii. Boleye togo, rossiyskoye pravitel'stvo soznatel'no sozdayet v strane atmosferu strakha. Duma prinyala zakon, predusmatrivayushchiy surovyye nakazaniya za rasprostraneniye «feykovykh novostey» o deystviyakh rossiyskikh voyennykh. Ofitsial'no zapreshcheno dazhe ispol'zovaniye slova «voyna» v kontekste proiskhodyashchego v Ukraine; eto mozhet byt' nakazano lisheniyem svobody na srok ot 3 do 20 let. Massovo arestovyvayut uchastnikov antivoyennykh mitingov. Politsiya proveryayet telefony peshekhodov v Moskve i Sankt-Peterburge na predmet «klevety» i sledov chteniya oppozitsionnykh sotsial'nykh setey. V shkolakh provodyat uroki politicheskoy informatsii, a s roditelyami «razgovarivayut», chtoby oni ne davali detyam chitat' «destruktivnyye» istochniki informatsii. Vse eto, konechno, vliyayet na uroven' iskrennosti, s kotoroy lyudi govoryat to, chto dumayut.

I delo ne tol'ko v soznatel'nom obmane interv'yuiruyemykh. Dazhe po dannym loyal'nykh pravitel'stvu sotsiologov, uvelichilos' kolichestvo lyudey, kotoryye otkazyvayutsya otvechat' na voprosy sledovateley ili ne mogut dat' otvet. Eto mozhet povliyat' na kachestvo vybora. Boleye togo, protivniki voyny, veroyatno, otvetyat rezhe, chem te, kto yeye podderzhivayet ili yeshche ne opredelilsya.

I, nakonets, uchityvayutsya voprosy, ispol'zuyemyye issledovatel'skimi tsentrami. Oni vzyaty neposredstvenno iz ofitsial'noy ritoriki rossiyskogo pravitel'stva. Lyudey sprashivayut ne o voyne ili voyennoy interventsii v Ukraine, a prosto ob ikh otnoshenii k «spetsoperatsii». Eto sozdayet neodnoznachnuyu psikhologicheskuyu situatsiyu, pozvolyayushchuyu lyudyam podmenyat' sobytiya, proiskhodyashchiye v real'nosti, na voobrazhayemuyu situatsiyu, meneye travmiruyushchuyu dazhe v ikh vnutrennem otrazhenii. I eto vrode by massovoye sotsial'no-psikhologicheskoye yavleniye.

dvoyemysliye
Sredi beschislennogo mnozhestva video, posvyashchennykh sobytiyam v Ukraine, yest' takoye: muzhchina iz prigoroda Kiyeva zvonit svoim rodstvennikam v rossiyskiy gorod Vologdu [na severe Rossii, v Vologodskoy oblasti]. On rasskazyvayet im o svoyem opyte. «Oni bombyat nas; gibnut mirnyye grazhdane i deti», — govorit on. No yego rodstvenniki v Rossii, zhivushchiye za tysyachu kilometrov ot fronta voyny, otkazyvayutsya yemu verit'. «Voyny net. Tol'ko po natsionalistam strelyayut, - otvechayet pozhiloy zhenskiy golos. Muzhchina zlitsya. «Otkuda ty eto znayesh'? YA pryamo zdes'! — zakrichal on. — U nas yest' televizor.
Uznat' bol'she ob etom iskhodnom teksteVy dolzhny ukazat' iskhodnyy tekst dlya polucheniya dopolnitel'noy informatsii
Otpravit' otzyv
Bokovyye paneli
Istoricheskiy
Zaregistrirovan
Delat' vklad
Afficher plus
En savoir plus sur ce texte sourceVous devez indiquer le texte source pour obtenir des informations supplémentaires
Envoyer des commentaires
Panneaux latéraux

Lebedok May 3, 2022 AD at 12:03 AM

!!!

Apollinette May 2, 2022 AD at 11:53 PM

Le début du conflit militaire en Ukraine a été un choc pour la société russe. Mais avant même que les gens aient pu s’en remettre, ils ont également été informés qu’ils soutenaient la guerre de manière presque unilatérale. Par exemple, le Centre russe de recherche sur l’opinion publique, contrôlé par le gouvernement, a publié un rapport au 4e jour de la guerre, selon lequel 68% des Russes «soutiennent plutôt la décision de mener l’opération militaire spéciale». Seuls 22% ne la soutiennent pas. Des résultats similaires ont été publiés par un autre grand centre sociologique – la fondation «Public Opinion» – dont le principal contractant a toujours été l’administration du président.

Les résultats du sondage montrent que les personnes interrogées n’ont pas une compréhension claire des objectifs de l’«opération spéciale» russe. Un quart suppose que l’armée «protège la population russophone du Donbass». Un autre 20% pense que le but de «l’opération» est de ne pas autoriser les bases de l’OTAN sur le territoire de l’Ukraine. 20% pensent que l’opération est menée pour démilitariser l’Ukraine. 7% pensent que la Russie veut «dénazifier» l’Ukraine et changer son orientation politique. 6% pensent que l’objectif est de changer le régime politique du pays par rapport à l’actuel régime inamical. Enfin, 4% pensent que l’idée est de diviser l’Ukraine en plusieurs parties et d’établir leur contrôle dans le sud-est du pays.

Des données aussi complètes sur le soutien massif des citoyens russes à la guerre démoralisent les opposants à cette dernière. Cependant, une correction essentielle doit être apportée: les données ne reflètent pas l’expérience quotidienne. En effet, certaines personnes soutiennent l’invasion de l’Ukraine, mais le nombre de deux tiers est assez étonnant. S’ils sont si nombreux, pourquoi ne les voit-on nulle part?

Sociologie du temps de guerre
Les sondages d’opinion en Russie sont généralement des outils utilisés pour manipuler la conscience publique. De nombreux sociologues suggèrent que le nombre de «réponses socialement approuvées» a augmenté ces dernières années – il s’agit des cas où les gens disent à l’enquêteur non pas ce qu’ils pensent vraiment, mais ce qu’ils supposent qu’on attend d’eux. Cet effet a probablement augmenté de manière significative depuis le début de la campagne de guerre. En outre, le gouvernement russe crée consciemment une atmosphère de peur dans le pays. La Douma a adopté une loi prévoyant des sanctions sévères pour la diffusion de «fakes news» sur les actions de l’armée russe. Même l’utilisation du mot «guerre» dans le contexte de ce qui se passe en Ukraine est officiellement interdite; elle peut être punie d’une peine de prison de 3 à 20 ans. Les participants aux rassemblements anti-guerre sont arrêtés en masse. La police vérifie les téléphones des piétons à Moscou et à Saint-Pétersbourg pour y trouver des échanges «calomnieux» et des traces de lecture des réseaux sociaux de l’opposition. Les écoles dispensent des cours d’information politique, et on «parle» aux parents pour qu’ils ne laissent pas leurs enfants lire des sources d’information «destructrices». Tout cela, bien sûr, influence le niveau de sincérité avec lequel les gens disent ce qu’ils pensent.

Et il ne s’agit pas seulement de la ruse consciente des personnes interrogées. Même selon les sociologues fidèles au gouvernement, le nombre de personnes qui refusent de répondre aux questions des enquêteurs ou qui sont incapables de trouver une réponse a augmenté. Cela pourrait affecter la qualité de la sélection. De plus, les opposants à la guerre sont probablement moins enclins à répondre que ceux qui la soutiennent ou qui n’ont pas encore pris de décision.

Et enfin, ce sont les questions utilisées par les centres de sondage qui comptent. Elles sont tirées directement de la rhétorique officielle du gouvernement russe. Les gens ne sont pas interrogés sur la guerre ou l’intervention militaire en Ukraine, mais simplement sur leur attitude à l’égard de l’«opération militaire spéciale». Cela crée une situation psychologique ambiguë, permettant aux gens de remplacer les événements qui se déroulent dans la réalité par une situation imaginaire moins traumatisante, même dans leur réflexion intérieure. Et il semble qu’il s’agisse d’un phénomène socio-psychologique de masse.

Double pensée
Parmi les innombrables vidéos consacrées aux événements en Ukraine, il y a celle-ci: un homme de la banlieue de Kiev appelle ses proches dans la ville russe de Vologda [au nord de la Russie, dans l’oblast de Vologda]. Il leur raconte son expérience. «Ils nous bombardent; des citoyens pacifiques et des enfants meurent», dit-il. Mais ses proches de Russie, qui vivent à mille kilomètres du front de la guerre, refusent de le croire. «Il n’y a pas de guerre. Ils ne font que tirer sur les nationalistes», répond une voix de femme âgée. L’homme se met en colère. «Comment pouvez-vous savoir cela? Je suis juste là!», hurle-t-il. «Nous avons une télévision», lui répond-on.

Ce n’est pas une coïncidence si le gouvernement russe interdit l’utilisation du mot «guerre». Il indique une situation qui ne peut être perçue de manière neutre, contrairement à une «opération militaire spéciale», qui est perçue comme la poursuite d’une politique gouvernementale complexe et ne nécessitant pas d’attitude personnelle à son égard de la part d’un simple citoyen. La propagande gouvernementale accorde au peuple une sorte de grâce salvatrice en lui permettant de ne pas accepter la réalité.

Dans un pays où la mémoire collective est fondée sur la victoire sur le fascisme dans une guerre défensive sanglante mais juste, c’est un mécanisme assez efficace. Accepter que la Russie ait commis une agression militaire contre les personnes qui lui sont les plus proches par l’histoire et la culture est pratiquement impossible d’un point de vue psychologique. Cela sape les perceptions fondamentales que les Russes ont de la justice; leurs valeurs fondamentales. Beaucoup de gens n’ont pas la force de le faire. Alors ils essaient tant bien que mal d’éviter de voir la réalité, en répétant les clichés de la propagande: «il n’y a pas de guerre».

Un tel clivage psychologique explique la contradiction flagrante entre l’expérience quotidienne et les résultats des sociologues. De nombreuses personnes qui pensent que la guerre est moralement et politiquement inacceptable peuvent en même temps parler de soutien à «l’opération spéciale du gouvernement russe», non seulement par peur mais aussi en raison de l’espoir illusoire que la version officielle des événements puisse d’une manière ou d’une autre se révéler miraculeusement vraie (au moins en partie). Car cela les débarrasserait de l’horrible perspective d’un échec moral et de la nécessité impérieuse de s’élever contre ces événements.

Le gouvernement s’efforce d’utiliser ce dilemme moral, en exerçant un chantage réel sur le peuple par le biais du sentiment de peur. «Un vrai Russe n’a pas honte d’être Russe – et s’il a honte, il n’est pas Russe et pas avec nous», a annoncé [le 11 mars] le secrétaire de presse du président, Dmitri Peskov.

Mais il y a un point vulnérable dans cette double pensée ténue: elle ne peut être préservée longtemps. Aucune mesure draconienne de contrôle de l’information ne peut protéger les citoyens de l’effroyable réalité. Tout d’abord, environ un tiers des Russes ont des parents en Ukraine. Aucune censure ne peut empêcher des millions d’appels téléphoniques et de messages entre eux. Mon téléphone est rempli de la douleur la plus désespérée: «Ça fait quatre jours qu’on est assis dans le sous-sol.» «Ils bombardent. La ville est sous blocus. Personne ne peut entrer ou sortir.» «J’ai passé 5 heures à faire la queue pour du pain aujourd’hui. Ils n’en ont pas apporté.» Je peux citer de tels messages par centaines. Et il y a des millions de personnes comme moi en Russie. Ces témoignages de la catastrophe sont bien plus persuasifs que les débats politiques. Même le plus fidèle partisan de Poutine aura du mal à s’expliquer pourquoi un citoyen ordinaire devrait mourir de faim et de froid alors que des bombes aériennes explosent autour de lui.

Il est périlleux pour nous de parler du nombre de pertes subies par l’armée russe en Ukraine. C’est le sujet le plus sensible pour le gouvernement, et il surveille de près ces discussions. Le gouvernement a officiellement reconnu que plus de 500 militaires sont morts au cours de l’«opération». Même ce chiffre est très élevé. En dix ans de guerre en Afghanistan, l’URSS a perdu un peu plus de 14 000 soldats et officiers. Aujourd’hui, la mort fait une plus grande récolte. Le veto sur cette information pousse les gens à chercher les chiffres annoncés par la partie ukrainienne (très probablement exagérés). Le 8 mars, le ministère russe de la Défense a admis qu’il y avait des soldats conscrits en Ukraine, c’est-à-dire des garçons de 18 ans mal formés. Les mots «chair à canon» reviennent plus souvent dans les messages et les conversations [voir l’article publié sur ce site en date du 21 mars 2022]. Les femmes ont peur de laisser leurs fils partir au service militaire obligatoire – et le 1er avril, la nouvelle conscription commencera. Même dans les sondages officiels, on constate que les femmes d’âge moyen ont 15 à 20% moins de chances d’approuver l’«opération spéciale» que les hommes. Et ce sont précisément les femmes d’âge moyen qui avaient été considérées comme le noyau dur de l’électorat loyal à Poutine. Mais une autre catégorie de citoyens, importante pour le gouvernement, est influencée de manière significative par les pertes humaines. Il s’agit du personnel militaire.

Une gaffe révélatrice s’est produite lors d’une émission en direct de la chaîne de télévision Zvezda [10 mars 2022] qui appartient au ministère de la Défense. Un militaire âgé parmi les invités d’un talk-show patriotique s’est levé et a proposé de faire une minute de silence pour les soldats russes qui sont morts en exécutant les ordres de leurs commandants. «Nos gars meurent là-bas…» a-t-il commencé à dire. Mais l’animateur du talk-show s’est levé de son siège et a commencé à crier au vétéran avec des insignes sur la poitrine: «Non-non-non! Je ne veux rien entendre de tout ça! Taisez-vous! Vous ne comprenez pas? Arrêtez. Nos gars sont en train d’écraser la vipère fasciste là-bas; c’est un triomphe des armes russes!» L’empressement des bureaucrates et des colporteurs de propagande à dissimuler de manière moutonnière les événements qui se déroulent en Ukraine a déjà commencé à éloigner le public le plus loyal et le plus fidèle du gouvernement – les militaires et les patriotes.

Enfin, un troisième facteur sape la double pensée «rédemptrice» de nombreux Russes sur le plan intérieur. Le gouvernement ayant bloqué les canaux médiatiques d’opposition traditionnels, des médias de nouvelle génération sont apparus à leur place: photos des étiquettes de prix dans les magasins et annonces de licenciements. La catastrophe économique qui s’annonce est devenue une machine d’agitation collective anti-guerre. Au sujet des événements en Ukraine et en Russie, on ne peut citer que les canaux officiels, comme les militaires et les services de relations publiques du gouvernement. Mais si vous consultez n’importe quel média régional (dépendant à 100% de l’administration locale), vous saurez immédiatement ce qui se passe. «Le prix du creusement de tombes à Yaroslavl [à environ 265 km de Moscou] augmente rapidement», annonce un site web local [le 5 mars]. Le bureau anti-monopole soupçonne une conspiration par un cartel et informe les gens que «l’analyse préliminaire a montré: il est cher de mourir à Yaroslavl». A Volgodonsk [dans l’oblast de Rostov], les lectrices du journal local sont scandalisées par la double augmentation des prix des aliments pour bébés et des couches.

L’industrie manufacturière russe, pleinement intégrée dans les chaînes mondiales de valeur ajoutée, s’est révélée totalement dépourvue face aux sanctions occidentales. Dix des 14 plus grands constructeurs automobiles ont déjà arrêté leur production; d’autres se préparent à le faire dans un avenir proche. Au moins 150 000 personnes vont perdre leur emploi, sans compter les industries liées, les entreprises de logistique et les concessionnaires. McDonald’s fait partie des dizaines de grandes entreprises étrangères qui ont annoncé la suspension de leurs activités en Russie. A elle seule, cette chaîne de restauration rapide emploie de 64 000 salarié·e·s. Les experts gouvernementaux estiment l’ampleur du chômage de masse imminent à 7-10 millions de personnes.

Même pour les partisans les plus virulents du gouvernement russe, le lien entre la guerre et le crash socio-économique est assez évident.

La dynamique
Il est difficile de décrire objectivement la vitesse à laquelle se produisent les changements dans la perception de masse. Les partisans d’Alexeï Navalny, figure de l’opposition libérale, ont mené une expérience. Ils ont réalisé une série de quatre sondages en ligne. Ces enquêtes n’ont pas le mérite d’être représentatives car l’audience politisée d’Internet est très différente de la sélection nationale. Cependant, ils indiquent un changement rapide des attitudes.

Si le 25 février, seuls 29% des participants au sondage qualifiaient la Russie d’agresseur, une semaine plus tard, le 3 mars, la même réponse était donnée par 53% des personnes interrogées. Le nombre de ceux qui considèrent la mission de la Russie en Ukraine comme «libératrice» a plutôt baissé, passant de 28% à 12%. 14% accusaient la Russie d’être responsable du conflit le 25 février et 36% le 3 mars. Dans le même temps, le nombre de personnes condamnant l’Occident ou «toutes les parties» a diminué de manière peu significative, et l’opinion selon laquelle la responsabilité incombe à l’Ukraine est marginale. D’autre part, le nombre de ceux qui pensent que les conséquences économiques des événements actuels seront «catastrophiques» pour la Russie a été multiplié par 1,5, passant de 40% à 60%.

«Jamais dans l’histoire de notre service sociologique nous n’avons vu une telle dynamique de l’opinion populaire. En quelques jours de guerre, les attitudes des Russes ont radicalement changé», ont écrit les organisateurs du sondage. Les personnes qui ont changé d’opinion au cours des deux dernières semaines sont assez courantes.

Le député (du Parti communiste) de la Douma d’Etat, Mikhaïl Matveev, qui a voté pour la reconnaissance de la souveraineté de la RPD et de la RPL (les «républiques populaires de Donetsk et Longansk), est devenu l’un des symboles de ce douloureux réveil. «J’ai voté pour la paix, pas pour la guerre. J’ai voté pour que le Donbass ne soit plus bombardé – pas pour que les bombes tombent sur Kiev», a-t-il écrit sur Twitter le 26 février. Certains hommes politiques lui ont emboîté le pas. Mais aujourd’hui, la plupart de ces transformations se produisent au niveau de la base. Une personne qui avait soutenu l’«opération spéciale» dès le départ change d’avis lorsque des licenciements massifs commencent dans sa ville, ou que quelqu’un qu’elle connaît est enrôlé et doit signer un contrat permettant à l’armée de l’envoyer dans un point chaud.

Tactiques
Tout au long des deux semaines de guerre, des manifestations anti-guerre ont eu lieu dans les rues presque tous les jours. Mais le régime répressif de la police les a traitées avec facilité. Le 11 mars, la police a arrêté un nombre sans précédent de participants aux manifestations – 13 913 personnes [le site OVD-info dénombre 15 038 arrestations au 21 mars]. Dans un contexte d’alarmisme inédit, de brutalité policière et de blocage de la majorité des médias indépendants, personne n’a été en mesure de rassembler une masse critique lors d’une manifestation de rue que le gouvernement n’aurait pas pu réprimer.

Les leaders de l’opposition libérale qui ont émigré continuent de lancer des appels à des rassemblements de protestation quotidiens «sur la place principale de votre ville». C’est facile à comprendre d’un point de vue émotionnel: aucun jour ne doit être consacré à accepter la guerre. Cependant, la froide raison nous dit qu’à l’heure actuelle, le plus important n’est pas de prendre des postures éthiques mais de travailler soigneusement à la mobilisation des couches que les politiciens libéraux ont longtemps ignorées. Seule la «majorité de Poutine», celle d’avant, peut changer le rapport de force et mettre fin à la guerre. C’est là que la gauche russe voit actuellement sa raison d’être: dans le travail avec ces masses.

Parmi tous les rapports sociologiques consacrés à la perception de l’«opération spéciale» russe en Ukraine, un seul [datant du 7 mars] nous permet de voir le lien entre l’inégalité sociale et l’attitude envers la guerre. Malgré la perception commune en Russie (découlant principalement de la domination du récit libéral dans les médias d’opposition) selon laquelle seule la minorité bien éduquée et bien nantie s’oppose à Poutine, tandis que la majorité pauvre reste de fidèles consommateurs de propagande, les sondages le montrent: ce sont les pauvres qui perçoivent la guerre de la manière la plus critique. «Les personnes à faibles revenus sont plus anxieuses face à l’opération militaire parce qu’elles s’attendent à une nouvelle détérioration de leurs conditions matérielles à cet égard», observent les chercheurs. Parmi les personnes interrogées disposant de revenus élevés, 69% ont annoncé qu’elles soutenaient la décision de Poutine (et seulement 17% ne la soutiennent pas). Parmi les personnes interrogées disposant de faibles revenus, seuls 49% la soutiennent (et 31% ont eu le courage de dire qu’ils ne soutiennent pas l’invasion). Il ne fait aucun doute que le niveau réel de mécontentement à l’égard de l’agression est beaucoup plus élevé et qu’il va proliférer.

La gauche vise à démontrer à la société, y compris à ses couches populaires et pauvres, que ce ne sont pas seulement les libéraux pro-occidentaux dirigés par «l’opposition de la classe moyenne» qui sont contre la guerre. Une telle image déformée n’est que bénéfique pour le Kremlin, qui tente de présenter le conflit en cours comme une collision «civilisationnelle» (depuis toujours présente) entre la Russie et l’Occident, avec sa «cinquième colonne». Il est essentiel de montrer que les travailleurs et travailleuses russes ont leurs propres raisons de lutter pour la paix, indépendamment de l’Occident. Et que cette paix ne signifiera pas une défaite militaire, une nouvelle humiliation nationale et un découpage territorial de la Russie, mais qu’au contraire, elle rendra notre pays à son véritable propriétaire – la majorité laborieuse du peuple. La gauche doit combattre le complexe propre au blâme collectif, qui est imposé au peuple par certains critiques libéraux de Poutine. Entre les mains de la propagande pro-gouvernementale, il devient un outil très efficace pour s’unir «autour du drapeau national».

La vérité tragique est que la guerre que Poutine a déclenchée n’est pas une entreprise aléatoire. Les 30 années d’histoire post-soviétique nous ont conduits à cette catastrophe. L’énorme inégalité sociale est devenue le fondement de la dictature car, à côté du contrôle des biens, la majorité pauvre a perdu sa voix politique. Des discours nationalistes et xénophobes honteux ont été utilisés tout au long de ces années par la plupart des régimes qui ont pris le pouvoir sur les ruines de l’URSS. Dressant les nations les unes contre les autres, les oligarques ont renforcé leur pouvoir avant de nous conduire finalement à la guerre. En fin de compte, le fondement même de la nation russe actuelle repose sur le coup d’Etat militaire mené par Boris Eltsine, le prédécesseur de Vladimir Poutine, en 1993, avec le soutien total des gouvernements occidentaux. A l’époque, le gouvernement a tiré sur le parlement depuis des chars au nom de la «démocratie» et a fait taire la classe ouvrière pendant des décennies, oubliant sa force collective. Aujourd’hui, nous ne faisons que récolter les résultats de cette société d’inégalité et d’exploitation.

La classe ouvrière russe devra changer entièrement son pays pour arrêter cette guerre. C’est une vérité simple. Et pourtant, seule la gauche russe peut l’énoncer. Il n’y a personne d’autre. (Article publié par Left Against the War; traduction rédaction A l’Encontre)

Alexey Sakhnin a été exilé en Suède en 2012 et est retourné en Russie en 2019. Il a rompu avec le Front de gauche russe qui ne prenait pas, face à l’invasion de l’Ukraine, la position nette qu’il proposait et qu’il résume ainsi: «Vladimir Poutine a ordonné à l’armée russe d’aller détruire des villes ukrainiennes et des milliers de civils ukrainiens.» Voir aussi l’entretien publié le 11 mars par la revue Ballast, qui permet de saisir sa trajectoire politique. (Réd. A l’Encontre)


PRÉCÉDENT
Colombie. Au seuil d’un changement historique? Elections, guerre sociale et paramilitarisme


SUIVANT
Argentine-dossier. FMI et dette, nationalisme ou approche de classe?

SOYEZ LE PREMIER À COMMENTER
Laisser un commentaire
Votre adresse de messagerie ne sera pas publiée.

Commentaire

Nom *

Courriel *

Site web

Save my name, email, and website in this browser for the next time I comment.

+ image = sept

Alencontre @ 2020

Lebedok May 2, 2022 AD at 11:58 PM

🤨🤨🤔🤔😲😲🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱🥱
Ты думаешь кто-то это будет переводить и читать??!!
😁😁😁😁😁😁😁😁😁😁

Apollinette May 3, 2022 AD at 12:01 AM

You, you are stupid!

Lebedok May 3, 2022 AD at 12:04 AM

!!!

Apollinette April 23, 2022 AD at 12:10 AM

😍😋😋

April 20, 2022 AD at 2:37 PM

المستخدم٪toLink٪ تلقت طردا٪ postageLink من المستخدم ٪fromLink٪

Petunyia April 19, 2022 AD at 10:32 PM

Вот правильная фотография!
تحميل المزيد من التعليقات

Petunyia April 19, 2022 AD at 11:34 PM

🙄

Petunyia April 19, 2022 AD at 11:36 PM

Она так это делает? А я думала Аполинетты, как и все девочки не какают)))

Apollinette April 20, 2022 AD at 3:07 AM

Vous êtes vraiment débiles avec vos vielles photos de croiseurs qui, je vous le rappelle, ont COULE!! ce que vous montre comme la grandeur soviétique a été coulé par un drone bien envoyé et, 500 marins ont disparus, 200 cadavres on été récupérés mais les MERES n'ont pas retrouvé leurs fils et font passer le message sur les réseaux sociaux: Putin envoie des gosses à la guerre et les corps disparaissent sans honneur pour les familles! vos propagandes sont bousillées par les réseaux sociaux, la résistance des russes habiles, et celles des MERES qui ne se tairont pas malgré vos conneries!!

Petunyia April 20, 2022 AD at 10:47 AM

Всем доброго утра! Смотрю, Наташка всю ночь не спала…. Бедная!
Ну что.? Придётся продолжать, пока 24 часа не истекли?

Petunyia April 20, 2022 AD at 10:48 AM

Ответ на какакающую лошадь найти трудно…. Ну не загружать же фото какающего хохла… есть такое

Petunyia April 19, 2022 AD at 10:28 PM

Клоны клонируются))))
Повторим пройденный материал)))

Apollinette April 19, 2022 AD at 11:22 PM

COULE!!!

Winterra April 19, 2022 AD at 10:07 PM

для учителя маловат словарный запас)))

Apollinette April 19, 2022 AD at 11:25 PM

Flop! a l'eau! coulé!!!

Winterra April 19, 2022 AD at 9:57 PM

и вы нам надоели))) ты же учитель, запости хоть красивое что-нибудь

Apollinette April 19, 2022 AD at 10:03 PM

T'en as marre! dégage alors!

Apollinette April 19, 2022 AD at 10:07 PM

Bien joué nat!